Rss

История Господа Джаганнатха

32 9

Священный город Пури, чьи очертания напоминают силуэт раковины, и где проживает не более 80 тыс. жителей, стоит на берегу Бенгальского залива. Он знаменит на всю Индию своим огромным храмом Господа Джаганнатхи (Кришны), «Владыки вселенной», который всегда был главной святыней и средоточием жизни всего города. Храм, часто называемый Шри Мандир, стоит на возвышенности Нилгири, «Синий холм». Согласно летописи, которая велась на пальмовых листах, храм очень древний. Самая высокая его каменная башня (215 футов), увенчанная высоким шпилем и флагом, видна на много миль вокруг. От первоначальной архитектуры храма с течением столетий не осталось и следа, так как храм перестраивали много раз. Последняя реконструкция его была предпринята в I веке н.э., хотя в XIII веке усилиями царя Чхадоганги Дева и его преемника Анангабхимы храм сильно обновился. Однако местонахождение его всегда оставалось неизменным. По традиции неиндусам не позволяется входить в этот величественный храм.

Божества выглядят огромными, и человек невольно проникается почтением к ним, обретя счастливую возможность их увидеть. Жители Джаганнатха Пури ежедневно приходят взглянуть на Божества и вкусить махапрасад, пищу, предложенную Господу, которой неизменно поддерживают себя тысячи людей. Но более всего Божества довольны в дни пышных праздников, когда Они предстают перед глазами Своих преданных во всем великолепии убранства и одежд. Издавна в храме строго поддерживается самое пышное поклонение трем главным Божествам – Господу Джаганнатхе, Владыке Вселенной, Его сестре – божественной Субхадре и старшему брату, Господу Баладеве.

История о том, как Господь Джаганнатха появился в Пури, очень необычна. Она насчитывает многие тысячелетия и является интереснейшим эпизодом в ведической литературе. Царь Индрадьюмна был великим преданным Господа Вишну. Однажды Господь устроил так, что у царя при дворе появился странствующий вайшнав и поведал ему о воплощении Господа Вишну в облике Шри Нила-Мадхавы. Рассказ странника произвел на паря такое сильное впечатление, что он по всей Индии разослал брахманов, чтобы они разузнали о Шри Нила-Мадхаве и постарались Его найти. Однако поиски их оказались напрасными, и брахманы ни с чем вернулись в столицу – все, кроме Видьяпати. Посетив множество святых мест, Видьяпати вступил на земли шабаров, людей неарийского происхождения. Он нашел себе пристанище в доме правительственного чиновника по имени Вишвавасу и вскоре по просьбе хозяина женился на его дочери Лалите.

Живя в доме шабара, Видьяпати заметил одну странность в его поведении. Каждую ночь Вишвавасу уходил куда-то и на следуюдий день около полудня возвращался, благоухая камфарой, мускусом и сандалом. Видьяпати стал расспрашивать жену, и она рассказала, что отец ходит поклоняться Господу Нила-Мадхаве, о котором никто не знает. На самом деле, отец запретил Лалите кому бы то ни было раскрывать тайну, но ради мужа она нарушила запрет. Радость Видьяпати не знала границ, он тут же загорелся желанием увидеть Шри Нила-Мадхаву. Поддавшись, наконец, на уговоры дочери, Вишвавасу завязал глаза своему зятю и взял его с собой. Когда они уже готовы были отправиться в путь, Лалита тайком запрятала мужу в кайму одежды горсть горчичных зерен. Всю дорогу Видьяпати незаметно бросал зерна. Когда они, наконец, пришли к Шри Нила-Мадхаве, шабар снял повязку с глаз Видьяпати. Увидев несравненную красоту Господа, Видьяпати стал танцевать и возносить восторженные молитвы. Когда он немного успокоился, шабар оставил его около Божества, а сам ушел собирать съедобные коренья и цветы.

Пока шабара не было, Видьяпати стал свидетелем удивительного события. Спящая ворона упала с ветки в близлежащее озеро и утонула. В тот же миг она приняла четырехрукий облик, присущий обитателям Вайкунтхи, и отправилась в духовный мир. Увидев это, брахман забрался на дерево и уже собрался вслед за удачливой вороной прыгнуть в озеро, чтобы тоже обрести освобождение, как услышал вдруг голос с небес: «О брахман, раз ты увидел Шри Нила-Мадхаву, прежде ты должен рассказать о Нем царю Индрадьюмне!» И тогда брахман слез с дерева и стал ждать. Вскоре вернулся шабар, неся в руках лесные цветы и коренья, и приступил к своему ежедневному поклонению. Неожиданно Господь сказал шабару. «Я столько лет принимал от тебя лесные цветы и коренья. Теперь Я хочу, чтобы Мне оказывал самое пышное служение Мой преданный, царь Индрадьюмна!» Слова Господа огорчили Вишвавасу, он подумал: «Теперь я лишусь служения Шри Нила-Мадхаве!» – и решил связать Видьяпати и не отпускать из своего дома. Однако через некоторое время, уступив неоднократным просьбам дочери, он освободил брахмана и позволил ему уйти.

Видьяпати сразу же пришел к царю Индрадьюмне и рассказал о своем открытии. В великом экстазе царь отправился к Шри Нила-Мадхаве. Из зерен, когда-то разбросанных Видьяпати, выросли небольшие стебли горчицы, по которым они отыскали путь. Каково же было их горе, когда, придя на место, они не смогли найти Господа! Бессильный увидеть прекрасного Шри Нила-Мадхаву, царь Индрадьюмна осадил деревню шабара и пленил его. Но тут раздался голос с небес «Освободи шабара! Ты должен построить храм на вершине холма Нила. Там ты найдешь Меня как Дару-Брахмапа, Абсолютную Истину, проявленную в форме из дерева. Тебе не увидеть Шри Нила-Мадхавы!»

Чтобы построить храм, парь Индрадьюмна распорядился натаскать камней из Баула-мала, проложив туда дорогу от холма Нила-Кандара. Святая обитель Шри Кшетра Пури (Нилачала) имеет форму раковины, и у основания раковины парь заложил город Рамакшетра Пури, построив там храм. Великолепный храм уходит в землю на шесть локтей и возвышается над землей на сто двадцать локтей. Верхушку храма венчает круглая остроконечная башенка, на которой сияет чакра. Царь отделал храм золотом и, когда все было готово, отправился на Брахмалоку пригласить Господа Брахму его освятить. Однако царю Индрадьюмне пришлось ожидать многие годы. За это время храм, стоявший недалеко от моря, стало заносить прибрежным песком. Пока царь Индрадьюмна отсутствовал, на престол вступили цари Сурадев и Гала-Мадхава. Именно Гала-Мадхава обнаружил храм, погребенный под песком. Но тут из обители Господа Брахмы вернулся царь Индрадьюмна и заявил, что это он построил храм. Гала-Мадхава стал оспаривать это право, но неподалеку от храма на старом баньяновом дереве жил ворон Бхусанди, который много веков пел святое имя Господа Рамы. Из своего гнезда в ветвях баньянового дерева он наблюдал строительство храма и подтвердил, что его построил царь Индрадьюмна, а Гала-Мадхава просто обнаружил.

Индрадьюмна вознес молитвы Господу Брахме и попросил освятить храм и окружавшие его земли, которые называются Кшетра – дарующие высшее освобождение. Но Господь Брахма ответил: «Шри Кшетра проявлена трансцендентным могуществом Верховного Господа, который Сам раскрывает Себя. Господь Джаганнатха и Его обитель вечно существуют в материальном мире. Поэтому я просто помещу флаг на верхушку храма, и всякий, кто издали увидит этот флаг и в почтении падет ниц, без труда обретет освобождение».

Через некоторое время царя Индрадьюмну охватило уныние от разлуки со Шри Нила-Мадхавой. Решив, что жизнь его прожита напрасно, он лег на ложе из травы куша с твердым намерением умереть. И тогда Господь Джаганнатха явился ему во сне и сказал: «Дорогой царь, не волнуйся! Ты найдешь Меня в море около местечка Банкимухан в форме Дару-Брахмана, куска дерева».

Счастливый царь в сопровождении своих воинов отправился в Банкимухан и увидел на берегу моря огромный кусок дерева, отмеченный знаками раковины, диска, палицы и лотоса. Однако, несмотря на все попытки, множество людей и слонов не смогли даже сдвинуть его с места. В ту же ночь во сне Господь Джаганнатха вновь заговорил с царем: «Приведи Моего любимого слугу Вишвавасу, который служил Мне, как Нила-Мадхаве, и подай Дару-Брахману золотую колесницу».

Царь пригласил шабара и поставил его по одну сторону Дару-Брахмана, а по другую – Видьяпати. Подав Дару-Брахману золотую колесницу, царь молил Господа взойти на нее. Вняв молитвам царя, Дару-Брахман был без труда перенесен в колесницу и установлен в указанном месте.
Чтобы вырезать из Дару-Брахмана Божество Господа Джаганнатхи, царь созвал множество искусных скульпторов, но никто из них не мог даже прикоснуться к Дару-Брахману. При первой же попытке резцы их ломались и рассыпались на мелкие кусочки. Наконец, под видом старого умельца пришел Сам Господь, назвавшись Анантой Махараной. Он пообещал изваять из дерева Божество при условии, что ему будет позволено работать при закрытых дверях в течение двадцати одного дня. Царь немедленно сделал все необходимые приготовления. По указанию старого скульптора остальные умельцы занялись строительством трех колесниц. А Ананта Махарана принес Дару-Брахмана в храм и запер двери, заручившись обещанием, что останется один и царь даже не приоткроет дверь до истечения положенного срока.

Но прошло четырнадцать дней, и царя охватило беспокойство, потому что из храма не раздавалось ни единого звука. Он не выдержал и вошел, к своему ужасу обнаружив, что старый скульптор исчез, как и обещал, а вместо Дару-Брахмана стоят три незаконченных божества: Джаганнатха, Баладева и Субхадра. Нарушив свое слово, царь решил расстаться с жизнью. Но после полуночи к нему во сне явился Господь Джаганнатха и сказал: «Как Дару-Брахман, Я вечно нахожусь в Нилачале, на берегу океана, и принимаю форму Джаганнатхи. В материальный мир Я нисхожу в двадцати четырех воплощениях вместе со Своими спутниками. У Меня нет материальных рук и ног, но Своими трансцендентными чувствами Я принимаю все, что предлагают Мне преданные. Ты нарушил свое обещание, но это лишь капля из океана нектара Моих игр. Я должен был проявиться в облике Джаганнатхи, чтобы защитить вечную славу Вед. Преданные, чьи глаза умащены бальзамом любви, всегда видят во Мне Шьямасундару, который держит в руках флейту. Если же ты хочешь служить Мне с роскошью, то время от времени можешь украшать Меня руками и ногами, сделанными из золота и серебра. Но знай, что Мои члены – украшение всех украшений».

Услышав слова Господа Джаганнатхи, царь в блаженстве вознес молитву: «О мой Господь, будь милостив и сделай так, чтобы потомки скульптора, проявившего Твою форму, могли из века в век принимать участие в постройке трех колесниц». «Да будет так! – чуть улыбнувшись, ответил Господь Джаганнатха. – Потомки Вишвавасу, служившего Мне, как Шри Нила-Мадхаве, из поколения в поколение будут готовить для Меня пищу. Называйте их суярами».

Царь Индрадьюмна снова обратился к Господу Джаганнатхе: «О, мой Господь, милостиво даруй еще одно благословение. Нуги, двери Твоего храма будут закрыты только три часа в день. Остальное время пусть они будуч открыты, чтобы все обитатели Вселенной могли увидеть Тебя!»

Милостивый Господь Джаганнатха, Субхадра и Баладева появились в этом материальном мире, чтобы даровать всем живым существам высшее благо, о котором говорит «Нара-пурана»: «В этой высочайшей обители пребывает Божество Кешава, форму которому придал Сам Господь. Если люди просто увидят это Божество, им откроются врата в обитель Верховного Господа».

32 10

После того как Господь Джаганнатха исчез, перед царем Индрадьюмной появился Нарада Муни. Он поведал царю, что Господь Кришна проявил облик Джаганнатхи, когда во время солнечного затмения прибыл на Курукшетру для великого жертвоприношения. Нараде посчастливилось увидеть Его в этом удивительном облике – без рук и без ног, с огромными круглыми глазами и широкой улыбкой.

После рассказа Нарады Муни привязанность царя Индрадьюмны к Господу Джаганнатхе стала еще сильнее, и он начал поклоняться возлюбленному Господу. Царь понял, что необычный облик Господа Джаганнатхи, Баладевы и Субхадры не случаен: Господь проявил его, потому что царь переживал сильнейшее чувство разлуки с Ним, а также потому, что Сам чувствовал такую же острую разлуку с царем. До конца своих дней царь с любовью в сердце служил Господу.

По книге «Гауранга. Послание любви», Джагадйони деви даси

Господь Джаганнатх и спесивый торговец

Господь Вселенной, Джаганнатх, живет в Своем храме, стоящем в городе Пури штата Орисса. Там Ему поклняются вместе с Его братом Баларамой и сестрой Субхадрой, с необыкновенной пышностью проводя различные обряды.

Все жители Пури любят Джаганнатха больше своей жизни, и только ради Него живут на свете. Они очень преданны Ему, а Он, в свою очередь, предан им и защищает их от всех бед и напастей. И поныне даже царь Ориссы счастлив назвать себя смиренным слугой Джаганнатха. В день ежегодного праздника колесницы Господа Джаганнатха царь подметает дорогу перед движущейся колесницей Господа метлой с золотой ручкой.

Джаганнатх не только внимает молитвам и милостиво взирает на обряды поклонения, – наряду с этим Он каждый день принимает пишу, которую Ему предлагают в строго определенное время. Повара и жрецы храма Джаганнатха всегда очень заняты, стряпая и предлагая различные блюда, приготовленные из фруктов, молока, зерна и овощей.

Как-то раз в храм пришел один богатый торговец, который зашел туда, движимый не преданностью, а просто любопытством. Ослепленный гордыней, он считал Джаганнатха всего лишь странной деревянной статуей с черным улыбающимся лицом и огромными круглыми глазами. И только, чтобы досадить храмовым жрецам, он сказал:

– Я хотел бы пожертвовать сто тысяч рупий, чтобы оплатить стоимость блюд, необходимых для одного подношения.

Видя такую щедрость, все жрецы начали улыбаться.

– Но только с одним условием, – продолжал торговец, – вы должны потратить все до последней рупии.

Жрецы были озадачены. Даже если использовать самое дорогое гхи и делать самые лучшие кокосовые и молочные сладости, все равно останется огромное количество денег. Они понимали, что было бы позором отказаться принять пожертвования, но как они могут принять его и при этом честно выполнить условие?

Не зная, как разрешить эту проблему, все жрецы собрались вместе и начали молиться Джаганнатху. Панда, главный жрец, вознес Господу особую молитву, в которой он сказал:

– О Господь, пожалуйста, скажи нам, какую пищу купить для Тебя?
Богатый торговец, который намеревался покинуть Пури на следующий день, настаивал на том, чтобы жрецы приняли решение до восхода солнца. Однако панда попросил его остаться до тех пор, пока Сам Джаганнатх не даст ответ. Это заставило торговца чувствовать себя очень важной персоной, и потому он согласился.

Три дня спустя Джаганнатх явился главному жрецу во сне и сказал, что делать. И утром панда передал Его слова торговцу.

Жрец сказал:
– Господь Джаганнатх говорит, что ты должен заплатить за один лист и один орех бетеля, из которых будет приготовлено блюдо под названием паан.

Торговец воскликнул:

– Но это же смешно! Я предложил дать сто тысяч рупий, а лист пана и орех бетеля почти ничего не стоят.
Жрец пондял руку, прерывая торговца.

– Это еще не все из того, чего потребовал Господь. Он велел, чтобы ты, превратив жемчужину в тонкий порошок, покрыл им орех, лежащий в листе бетеля.

– Это уже что-то, – сказал торговец, кивая головой.

Но жрец опять поднял руку.

– Есть еще одно условие. Господь Джаганнатх не хочет, чтобы ты использовал обычный жемчуг. Он велел, чтобы ты достал очень редкий жемчуг, который можно найти под кожей на лбу у слона.

Сердце торговца почти перестало биться, и краска сошла с его лица. Несколько минут он стоял совершенно неподвижно, размышляя над смыслом слов Господа, переданных ему жрецом. Затем он вскричал:

– Сколько же слонов я должен купить, чтобы найти эту жемчужину? Сотни, если не тысячи! А только один слон стоит тысячи и тысячи рупий!

Торговец бросил свой дорогой шелковый тюрбан оземь и отшвырнул туфли. Он сказал:

– Я не способен пожертвовать Джаганнатху даже один орех бетеля.

Затем он упал перед Господом Джаганнатхом на землю, прося у Него прощения.

– Как же я глуп, – говорил он, плача. – Только Ты, Верховный Господь, мог преподать мне такой урок. Поэтому я признаю Тебя Господом Вселенной. Все принадлежит Тебе, так что же я могу преподнести Тебе? Единственное, что у меня есть, – это мое сердце. Пожалуйста, прими его, мой Господь.

С того дня торговец стал совершенно другим человеком. Он уже не был таким злобным и надменным, а ко всем относился с большой добротой и вниманием. И он всегда отдавал излишние деньги святым людям и беднякам.
 
* * *

 К Господу Джаганнатху приходят не только люди со всего мира, но также небожители. Считается, что эти дэвы больше всего любят смотреть на заключительную церемонию дня, известную как пахуда, когда Джаганнатх отходит ко сну. Это происходит через некоторое время после полуночи. Перед Божествами ставят три прекрасных ложа из слоновой кости, украшенных сладко пахнущими цветами, особенно белым жасмином. Под звуки небесной музыки цветы разбрасываются по ложам, и миниатюрные золотые формы Джаганнатха, Субхадры и Балабхадры укладываются в постели на ночь. Затем проводится арати – предложение лампы, и цветы разбрасываются повсюду над головами, чтобы боги и богини собрали их как знак благословения Господа Джаганнатха. Поэтому это также и долг всех богов и богинь – присутствовать в это время на церемонии каждую ночь.

Однажды богиня Чарчика с далекой деревни Банки опоздала к действию. Джаганнатх, прощающий любые ошибки, простил ее, а Балабхадра – нет. «Мать, ты считаешь, что ритуалы в этом храме должны подстраиваться под тебя, чтобы тебе было удобно? Последние дни ты слишком стала гордой. Уходи! Ты больше не можешь приходить, чтобы посмотреть церемонию пахуда».
Чарчика была не готова к такому упреку со стороны Балабхадры. В гневе она ответила: «Я не гордячка. Это Ты тут хвастаешься, пышно облачаешься в царские одежды, в золотые украшения, в цветы со сладким ароматом. У меня восемь рук, а у Тебя их нет вообще, и Ты думаешь, что Ты все делаешь. Так кто же возгордился? Позволь мне, пожалуйста, пройти и увидеть моего Господа. Зачем Ты изгоняешь меня за такой ерундовый проступок?»

После этого Балабхадра стал гневен еще больше и потерял терпение. «Ты неправильно себя ведешь по отношению к Битарачхе Махапатре, главный священник серьезно озабочен. Я приказал ему больше не впускать тебя в храм. Как ты можешь пойти и защитить свой район в Банки, даже с твоим оружием и восемью руками, если у тебя нет никакой дисциплины?» Чарчика ответила: «О, тогда пойди, пожалуйста, и попроси его простить меня! Я не найду покоя, если меня лишат возможности видеть Господа. Я буду счастлива только тогда, когда меня простят».

Чарчика осталась стоять внизу Байшипабачи, лестницы из двадцати двух ступеней, ведущей к храму. Прошла уже вся ночь, и ее сердце начало сильно колотиться. Уже почти настало утро. Севаки выходили из храма. В эту ночь пришли дэвы со всех уголков мира, потому что это был обычай – советоваться каждую ночь с Джаганнатхом, Господом вселенной. Теперь они уходили исполнять Его волю. И только Чарчика осталась стоять у ворот. Если дэва пренебрегает своим долгом, он или она может причинить вред другим, и их нужно заменить. Чрезмерная гордость – это почти неизлечимый грех. Только Чарчика вспомнила об этом, как вернулся Балабхадра с печальной новостью – больше ей внутрь входить не дозволялось. Балабхадра передал послание от Господа Джаганнатха: «Гордые дэвы не должны допускаться. Если ты хочешь искупить свою вину, то служи в доме Битарачхи Махапатры, главного священника, на службу которого ты опоздала, а не у меня. Только Битарачха Махапатра может снять с тебя вину, если он захочет и будет доволен твоим служением».

Балабхадра объяснил: «Совершая благочестивые поступки, обычный человек продвигается вверх и может постепенно достичь положения полубога. Такую добрую душу могут почитать наравне с самим Богом, но только из-за его доброты, а не высокого положения. Мать, тебе это известно?» Чарчика ответила: «Да, я совершила ошибку. Я сама буду служить этому человеку, Битарачхе Махапатре, даже несмотря на то, что я богиня высочайшего положения. Это справедливое наказание для деградировавшей богини. Я буду служить человеку, который сам является слугой Господа Джаганнатха. Позволь мне покинуть это место до того, как выйдут остальные».

Скрывая, кто она такая, под видом молодой вдовы, в белом сари, Чарчика покинула храм и отправилась к дому Битарачхи Махапатры. Придя, она увидела старика, сидящего внизу, на ступеньках своего дома. Поэтому она быстро закрыла свое лицо сари и почтительно остановилась на некотором расстоянии. Старик поднял глаза и подумал: «Кто эта женщина? Мне видно лишь половину ее лица, но она выглядит так молодо и так сияет! Я никогда ее здесь раньше не видал». С такими мыслями он обратился к ней: «Мать, ты пришла в наш дом, или ты кого-то ищешь в нашей округе?» Добрая материнская внешность Чарчики заставила Битарачху Махапатру почтительно к ней относиться, как к матери.

Чарчика взмолилась: «Я прошу тебя, отец, прими меня служанкой в свой дом, поскольку иначе мне не выжить. Когда я распростерлась пред Господом Джаганнатхой, Он лично приказал мне служить здесь, в твоем доме».

Старик изумился и со слезами на глазах ответил: «Это твой дом, настолько ты похожа на мою мать. Сын никогда не откажется дать убежище своей матери». Так Чарчика стала служанкой главного священника Битарачхи Махапатры. Позже она приучилась к тому, чтобы быть хозяйкой дома, вести дела семьи и полностью отвечать за комнату пуджи, вычищая латунные принадлежности, меняя каждый день на божествах одежду и зажигая лампы. И настолько совершенно исполняла она роль матери, что Битарачха Махапатра почти не думал о своей собственной матери, которая совсем недавно умерла. Время шло. Жена Битарачхи была уже старой и больной, и поэтому ее очень радовала помощь и хорошие манеры Чарчики. Иногда люди интересовались Чарчикой – кто она? Откуда? Иногда Чарчика теряла над собой контроль от переполнявших ее чувств, когда речь заходила о Господе Джаганнатхе. С чего бы это?

Ее спрашивали: «Почему бы тебе не сходить в храм на даршан Господа Джаганнатха? Столько людей приходят издалека, чтобы на Него посмотреть, а ты живешь рядом и не ходишь». Чарчика печально отвечала: «Все это дело везения, иногда человеку не суждено с ним встретиться. Я приду к Господу, где бы Он ни пролил на меня Свою милость».

Однажды на Пури налетела страшная буря, и дождь лил как из ведра. Весь город погрузился во тьму. Битарачха Махапатра с трудом пытался найти дорогу домой. Наконец, он добрался до своей двери и громко постучал. В тревоге Чарчика ответила: «О, какая страшная ночь, чтобы ходить по улицам! Когда стало темно, я зажгла свечу и села, ожидая, что ты придешь в любой момент. Эта свеча только что сгорела дотла».
Главный священник вернулся из храма и промок до последней нитки. Он дал Чарчике махапрасад и пошел переодеться. Но не было спичек зажечь в его комнате свечу. Свечу из храма он тоже не принес, и лил страшный дождь.

С удивлением он сказал: «А как ты зажгла свечу, если не было спичек и все соседи легли уже спать? Не можешь ли ты зажечь еще одну?» Чарчика ответила: «Да, есть способ. Позволь, я освещу комнату». Тут же она приняла свою изначальную форму. Протянув одну руку к крыше храма, где горела лампа, она зажгла от нее свечу для священника.

Увидев такое божественное событие, Махапатра чуть было не упал без чувств. Он не мог поверить собственным глазам. Как могла эта служанка принять такую божественную форму? И она была такой огромной и чудесной. Между ее стоп уместился бы весь Пури. Его обуял сильнейший страх и изумление. Через мгновение Чарчика приняла свой обычный облик, и в комнате было светло. Махапатра почувствовал, как будто глаза ему изменяют, и он сходит с ума.

«Не беспокойся, отец», – сказала Чарчика. Битарачха Махапатра упал перед ней и взмолился: «О Мать! Прошу, открой мне, кто ты на самом деле. Я буду лежать у твоих ног, пока ты не сделаешь этого». От столь редкого проявления божественной милости священник содрогался снова и снова. Тело его оцепенело. Так Чарчика открыла ему всё, особенно причины, по которым ее изгнали из храма.
Махапатра воскликнул: «О Мать, возвращайся, пожалуйста, в свою настоящую обитель. Я получу от Господа должное разрешение, чтобы тебя восстановили». Получив такое заверение, Чарчика исчезла из дома Битарачхи. Это было после полуночи. Дождь прекратился. Словно все случилось в соответствии с планом Бога.

Чарчика еще раз приблизилась к главным воротам храма, и Балабхадра наградил ее радушной улыбкой. Из этого Чарчика осознала, что никто не может сохранить свое положение, даже положение полубога, если он не выполняет своих обязанностей для поднятия мира – ибо таковы обязанности полубога. Господь Джаганнатх приказал: «Теперь Я очень доволен тобой. Я возложу на тебя еще одну дополнительную обязанность – заботиться о Моей личной колеснице во время Ратха-ятры, великого Праздника Колесниц. Хотя там и есть квалифицированные севаки, чтобы присмотреть за Нандигхошей, ты будешь ее дэвой».

Не проронив ни слова, Чарчика лишь нежно кивнула головой и затем удалилась. Было уже почти утро, и Битарачха Махапатра появился перед Божествами, чтобы совершить свое обычное служение. Это событие произошло в 1368 году. Перед тем, как покинуть дом главного священника, Битарачхи Махапатры, богиня Чарчика спросила его, чего бы ему хотелось. Он ответил, что никаких мирских вещей ему не хочется, и что ему хотелось лишь увидеть ее снова. Она сказала: «Иди в свою комнату для пуджи», и затем исчезла. Он вошел туда и увидел, что посреди комнаты возвышается каменная статуя самой дэви.

32 11

Строительство колесницы Господа Джаганнадха

Даже сегодня, спустя примерно шесть веков, священное изваяние все еще находится там, и потомки Битарачхи Махапатры, главного священника храма Джаганнатха, все так же ежедневно совершают пуджу.

«Садху-санга», газета Псковской общины ИСККОН, No32, июль-август 2007