Rss

Нектар БиБиТи

Мои смиренные поклоны, дорогие обитатели этого форума. Мы приходим в духовный мир по… блату! Да, да, именно по блату – духовный учитель просит за нас у Шримати Радхарани, а Та в свою очередь представляет нас Кришне. И каждое живое существо имеет право на такой “блат”. Мы все имеем право жить в духовном мире, полном приключений и веселья. Однако, чтобы попасть в ББТ нужен был особый блат. Русская линия ББТ отличалась от всего остального Северо-Европейского отделения тем, что книги мы печатали почти что сами. Тут надо пояснить, что обычно на западе ББТ не занимается вопросами типографии, по крайней мере, так было в начале 90-х. Брахма-мухурта просто отвозил пленки в типографию и в положенный срок забирал тираж. Однако в России нам надо было самим добывать бумагу, самим ее транспортировать, самим следить, чтобы ее не воровали на типографиях, и чуть ли не самим следить, чтобы хоть Кришна был соответствующего оттенка на иллюстрациях. Всем этим в Питере в начале 90-х занимался мой дорогой и любимый друг, Дхармарупа прабху. Тогда, правда, я его еще не знал и он не был таким любимым и дорогим. При нашей первой встрече я подумал, что это гуру какой-то. Единственное, что меня смутило, что этот гуру чем-то смахивал на средневекового пирата испанских морей, эдакий флибустьер, зачем-то нарядившийся в белое дхоти. У флибустьера был иностранный акцент, что совершенно убедило меня в моих догадках. Однако, все по порядку…

26 10

В декабре 1991 году в Питере был незабываемый марафон санкиртаны. Это, наверное, был первый марафон, когда книги вышли распространять не только те, кто жил в храме, но и прихожане. Я стоял на станции метро Балтийская и приставал к прохожим. Иногда ко мне подходил небезызвестный Бхадра дас, и, закрыв лицо шарфом, страшным голосом спрашивал, о чем и по чем книжицы? Я, естественно, его узнавал, но не подавая виду, начинал так мощно проповедовать, что шарф сползал у него, и он просто разводил руками. «Молодец, прабху», – хрипел он и удалялся восвояси. И вот однажды ко мне подошел высокий паренек и представился как еще один кришнаит и распространитель. Мне очень он понравился, особенно тем, как внимательно он меня слушал. Он слушал и слушал, а я все больше распалялся и распалялся. Короче, мы подружились :). Затем была эпопея в пригороде Питера Пушкине – об этом отдельный форум нужно создать – а затем я, бросив свою учебу в консерватории, переехал в Ананда ашрам, а моего друга взяли в ББТ. Как это произошло – я до сих пор не знаю. Но факт остается фактом – он стал помощником Дхармарупы. Однако тиражи начались просто космические – самый малый тираж “Учения Шри Чайтаньи” был в первом заводе – 250 тысяч экземпляров (!). А таких заводов могло быть и три, и четыре. Плюс другие книги. Короче, нужны были люди. И вот Шачи – ах да, я же не сказал как зовут моего друга – это наш любимый Шачи-прасу прабху, и вот он порекомендовал меня Дхармарупе. Дхармарупа поговорил с Васудамой, тот поспорил с Сатьяраджем, Сатьярадж проклял меня, и я весело убежал из Ананда ашрама на нашу новую квартиру около метро Нарвская. Это очень важно запомнить, где была эта квартира, иначе потом непонятна будет одна история, связанная с нашими Божествами. Ну, не будем забегать вперед. Итак, работа началась. Моей задачей было немного-немало предотвратить утечку – нет, не информации – бумаги, на которой печатали книги. Бумагу воровали: 1) на складах, где ее зачастую списывали, как промокшую или некондицию, и 2) прямо на типографиях, оправдывая большие расходы царапинами на роликах (в этом случае машина зажевывает и приходиться на пригонку давать большее количество). Итак, я должен был следить за складами и за процессом принятия бумаги в типографии. (Интересно, я однажды спросил Дхармарупу – я вообще, что-нибудь полезное сделал для Кришны? – так Дхармарупа что-то там покумекал с калькулятором и сказал, что я за два года сэкономил для ББТ более миллиона долларов) :).

Так вот – склады. Склады находились на Парнасе – гиблое место на севере Питера – туда даже братки не отваживались без пушек поехать. Ну, мы тогда о братках только слыхом слыхивали, поэтому уже на следующий день я поехал знакомиться с начальником складов. Знакомство было коротким. Я пришел и сказал, что теперь я здесь все контролировать буду. Начальник схватился за сердце и за телефонную трубку – звонить Далюсу (так везде почему-то звали Дхармарупу :). Далюс пришел, отругал меня прилюдно, начальнику дал успокоительное (вроде это было 5 рублей тогда), и мы удалились. За такое начало я был награжден поездкой в Москву, где меня захотел видеть сам Санньяса прабху…

* * *

Помню фразу из одного американского фильма времен холодной войны: «Эти русские даже в туалет не ходят без плана!» 🙂 Не знаю насчет русских, но для нас в ББТ это было весьма недалеко от истины. В Питере мы сняли трехкомнатную квартиру, перестроили ее (вместо кухни сделали две душевые с двумя туалетами, а третью комнату разделили пополам – в одной стороне кухню оборудовали, в другой сушилку). Таким образом, у нас осталось две комнаты. Одну сделали гостиной, алтарной и одновременно спальней. Другую – бюро Дхармарупы (ну и наше, разумеется). Всем ремонтом занимался мой дорогой друг Варапанго. Взяли мы Варапанго в ББТ из… больницы. Он только что перенес операцию на язве желудка, и мы навещали его каждый день, пока он не выписался и не ушел к нам. Он был своеобразным человеком. Работать любил не особо, зато любил философствовать и проповедовать. Однажды к нам пришел кто-то из деловых партнеров Дхармарупы. Варапанго воспользовался случаем и проповедовал ему до десяти часов вечера. Мне пришлось демонстративно сесть в кресло в одной гамче (интересно, что рассказывал этот человек своим друзьям после этого?), и открыв книгу, многозначительно вздыхать. Рассказывал Варапанго, надо отдать должное, интересно. Но долго. И все сразу. Казалось, будто Господь Шеша умолк, передав ему свою эстафету. Короче, работать Варапанго не любил. А работать надо было много. А он садханы хотел, бедняга. А мы – бойцы-удальцы, нам и садхана нипочем. Вместо утренней джапы – перебранка с начальником автоколонны, вместо лекции по Бхагаватам – чтение товарных накладных, вместо Бхагавад-Гиты – стук печатных станков. В общем, сложно ему у нас было. И нам с ним сложно. Но одно себе не могу простить. До сих пор прощение за это не попросил у Варапанго. Простит ли он? Дело в том, что ему нельзя было есть перченую пищу. И вот однажды мне выпала доля готовить обед. И я таки всыпал перца, хоть Варапанго стоял рядом (!) и слезно умолял не делать этого. Что мне сейчас сказать? Нет слова, которым можно назвать такой поступок. Прости, Варапангаджи, прости…

* * *

Я уже рассказывал, что с садханой у нас не особо было. Работали порой допоздна, так и мангала-арати просыпали. Но мне бы не хотелось, чтобы у читателя создалось впечатление, что мы вообще не хотели следовать садхане. Нет, это не так. Дхармарупа очень нервничал, что мы спим до шести (позже – это уже была катастрофа, поскольку из автоколонны к тому времени все грузовики уезжали), и вот, поговорив с Санньясом и Васудамой, президентом тогдашней питерской ятры, он решил установить на нашей квартире… Божества. Чтобы, дескать, стыдно нам было не покормить Господа, не одеть его с утра и не предложить немного воды, плод и т.д. Церемония была шикарная. Пришли Васудама со своим сыном, Чатуратмой, Маха-вишну пришел, киртан пели, Божества наряжали, прасад вовсю готовили. Кстати, на эту инсталяцию Дхармарупа приготовил народное литовское блюдо – цеппелины. Не знаю, как на литовском, но в переводе с немецкого это значит «дирижабли». Они и впрямь были похожи на дирижабли – рулетики из тертого картофеля с паниром и мятой. Однако цвет их подвел – темно-серые они были. Чатуратма, как их увидел, закричал страшным голосом – «Зачем крысам ножки-ручки пообрывали??»… Он у нас авадхутой был… 🙂 Короче, праздник удался! И стали у нас Божества жить-поживать… эээ…хм… добра, что-ль, наживать?? Скорее, головную боль. Поскольку, побравировав своей неразмешенной преданностью несколько недель, мы также стали просыпать и не блюсти… 🙂 И вот однажды – в очередной раз проспав, я вышел из второй комнаты, где спал, и вдруг услышал звуки киртана. Я очень удивился, ведь Шачи с Варапанго еще спят, а Дхармарупа опять в Литву уехал. Кто же там, в алтарной поет? Ужас охватил меня. Я заглядываю в алтарную и вижу… пятерых гандхарвов, с мридангами, караталами, в золотых дхоти, а один огромную лампаду Господу предлагает…. Все смешалось в доме этих, как его… Ну короче, вы поняли… Знаете такую анубхаву – оцепенение? Да нет, ничего вы не знаете, если не видели меня в эту минуту… Через вышеупомянутую минуту здравый смысл спас меня. Ну, конечно, новый храм близко от метро Нарвская, там еще нет Божеств, вот брахмачари и пришли поприветствовать Господа… И ключ вроде им Дхармарупа дал…
Вот так вот бывает…:)

* * *

Прежде чем я расскажу о моей первой встрече с Санньясом, я бы хотел поподробнее рассказать о моих друзьях, Дхармарупе и Шачи прасу. Дхармарупу тогда звали не Дхармарупа, а Дхарма РИпа. Все посмеивались, что дескать «враг религии», а Чатуратма просто называл его Рыбой. Это на инициации 1992 года кто-то перепутал в латинском шрифте буквы «U» и «I» и все имена, содержащие эти буквы, исказились. Оттуда возникли и Ушвари, и АнтарьямУ и т.п. Насчет Дхармарупы спекулировали – что, дескать, там двойное А – так что получается – НЕ враг вовсе. Однако, слово не воробей. Но начальник он был очень хороший. И человек прекрасный. По-моему, у него не было никогда никаких врагов. Он всегда мог договориться с самым несговорчивым начальником или директором. И он относился к своим подчиненным, как к самому себе. Всегда заботился, никогда ничего не заставлял. Кроме, пожалуй, одного – чтобы книги печатались. Однажды он мне сказал – напечатаем книги и вернемся к Кришне. Мы стояли тогда на пыльной бетонке бумажных складов. Только что был скандал по поводу некондиции. Деньги и накладные, полупьяные грузчики и директора-взяточники… Грязь на лице и на сердце. Услышать такое посреди всего этого – я бы так не обрадовался, даже если бы в тот момент Сам Кришна выехал бы на погрузчике из темной пасти отсека приема бумаги. Дхармарупа – заядлый гонщик. Он гонял по Питеру 120 км в час. Если кто хоть раз ездил по питерским дорогам, скажет, что такое невозможно. Это и было невозможно. Машина стонала, а мы орали во все горло на каждой рытвине и кочке. Дхармарупа говорил, что когда орешь, машине легче… 🙂

Его любимой фразой было: «Думай заново». Я помню, как я заказывал в первый раз в своей жизни грузовик для перевозки бумаги. Я позвонил в транспортное предприятие, услышал “Алло” и …бросил трубку. На меня напал ужас, я не знал, что говорить, как торговаться о цене. Ничего не знал. Шриватса Вакша тогда был в Питере. Он заставил меня все таки дозвониться и заказать машину. От страха я заплакал. Шриватса стал играть на гитаре. Я вытер слезы и, глубоко вздохнув, позвонил. Запинаясь, я кое-как заказал машину. На следующий день я повез бумагу. Дхармарупа все мне показал, познакомил со складом. Бумагу я доставил. А вечером Дхармарупа спросил меня, не умею ли я водить машину. (Кстати, читатель, вам не стало скучно? Если да, то могу обрадовать вас – начинается веселье, какого вам еще не приходилось слышать…) Итак, Дхармарупа спросил, не умею ли я ездить. И что я сказал? Конечно – УМЕЮ. Это “умею” состояло из теоретического знания месторасположения тормоза и газа, а также усвоенного еще в детстве правила – при переходе улицы посмотреть сначала налево, а потом направо. (Теперь я понимаю, почему смотреть надо ВСЕГДА)… Дхармарупа открыл дверь нашей ББТишной восьмерки. Прошу! Ох, я поведу машину… Я сел, завел ее, мы тронулись. Через минуту Дхармарупа спросил: «На вторую можешь переключить?» Вторую? Нет проблем. Я дерганул рычаг, машина заурчала, как разбуженный кот, но все же движение продолжила. «А на третью?» – облизывая пересохшие губы, крикнул Дхармарупа? И на третью могу, подумал я, выдавливая изо всех сил педаль газа. Мы понеслись. По счастливой случайности это был вечер. И по такого же пошиба случайности ни впереди, ни сзади нас не оказалось ни одной машины. Скорость 80. Дхармарупа бледный. Я почти слепой – очки уже давно надо было менять… Вдруг Дхармарупа машет рукой: «Наша улица»… Да? Наша? Дык повернем… Я делаю круговое движение, обхватив при этом руль. Машина дергается направо. Дхармарупа дергается налево. Поребрик. Искры из-под колес. Удар. Стук мотора. Мотор глохнет. Мы останавливаемся. Сзади подъезжает Варапанго (это еще один мой добрый друг, о нем позднее) вместе с Шачи. Они выходят. Мы с Дхармарупой тоже. Смотрим. Хм, машину пожалуй придется выбросить. Стойка съехала на левом колесе. Дверь еле открывается. Хорошо, что стоянка направо – налево машина уже не поворачивает. Наступает ночь. Дхармарупа звонит Санньясе в Москву. Говорит о том, о сем. Что сдали тираж, что бумагу завезли. Что повар вкусно готовит (а тогда у нас поваром был Апарадха-хара, удивительный повар он был. Особенно потрясающей в его кухне была… чистота, с которой он все делал. Было такое ощущение, что кастрюля с сабджи сама проявлялась на кухонном столике, без участия каких-либо земных сил). Ну вот и наступает торжественный момент. «А у нас машина разбилась»… Из трубки: «Асэ масэ тара тара банэ»… Дхармарупа: «Нет, Боря разбил (я то бишь)… Из трубки опять: «Аханэ банэ таса мака така тарену!!!» … Дхармарупа (вспотевший): «Я разрешил… хотел… эээ..» Из трубки: «Нахаэ»… Дхармарупа: «ну Харибол».

Эх, было время и были люди. Настоящие люди. Смелые и честные. Кто знал Санньяса, тот удивится, что никаких санкций ни для меня, ни для Дхармарупы не последовало. Мы работали. Делали дело. Кришна смотрел на наши выходки сквозь пальцы. Машину починили. Она умерла от старости… то есть, тьфу, от ржавчины. Недавно Шачи ее продал за 300 баксов. (Или за 400?).

* * *

Шачи-прасу был преданным еще до сознания Кришны. Детство он провел у батареи своей полупустой квартиры, медитируя, а в юности, услышав где-то мантру “Ом Намо Нараяная”, стал везде ее тихонечко повторять. В метро, дома, на даче. Потом он купил книги и все – тут мы и встретились.

В ББТ он отвечал за склады с готовой продукцией. Хотя ему, как, впрочем, и всем нам, приходилось замещать любого из нас на его поле деятельности. Однажды он даже остался за начальника, когда Дхармарупе надо было срочно уехать на свою родину, в Литву. Шачи – воркоголик. Работал и день и ночь. На марафоне 1992 года 24 часа в сутки отправлял контейнера с книгами во все храмы СНГ. Ему даже Рохини Сута прабху плакатик с изображением путешествующей Панча-таттвы подарил. Однажды кто-то (то ли те, кто приезжал за книгами, то ли рабочие) перепутали, какие книги в какой контейнер загружать, и Шачи всю ночь перегружал три 20тонника. Один. Мы к нему приехали под утро – типа помочь, а он уже почти все сделал. Работал он, как вол. Правда и спать был горазд. Век не забуду, как мы втроем с Дхармарупой и Варапанго пытались его поднять поутру. Дхармарупа грозился отправить его к проотцам, Варапанго (он у нас был пандит) читал полагающуюся по этому случаю ведическую упокойную (кажется это была глава из Гиты, где Кришна просит не спать слишком долго), а я в это время пытался вытряхнуть Шачи из его спальника. Шачи уже не спал – что было только препятствием. Он крепко держал спальник в том месте, где была застежка. Дхармарупа отрывал его пальцы (или руку, уж не помню сейчас), а я в это время ловким приемом рвал молнию на себя. Шачи рычал, как африканский лев, а Варапанго молился за нашу с Дхармарупой жизнь. А однажды я попытался украсть орешек из чашки Шачи-прасу… (Может, не надо рассказывать?) Надо сказать, что Шачи ростом 186 см, а я 170. При этом он еще и толстый. Я, конечно, сейчас тоже толстый, но в то время я еще был похож на аскета. Мы стали душить друг друга. Но мои очки вовремя полетели на паркет, и ничья была заключена.

Шачи был очень смиренный. Все время любил слушать проповеди. Варапанго этим вначале пользовался, но потом, когда работы стало много, перестал его мучить.

Шачи все любили. Особенно его любили приемщицы на складах в питерском порту. Они ему так доверяли, что он в их отсутствие мог спокойно поставить штамп отправки и вписать номер отгрузочного контейнера. Однажды он увидел на их столе документы на контейнер с… патронами! Шачи до сих пор не перестает удивляться нашей россиянской беспечности. Хорошо, это был он – а так можно было бы спокойно внести номер контейнера в свою накладную и вывести эти патроны – куда душе угодно.

Наша ББТишная команда ездила каждую субботу или воскресенье в пригород Питера к роднику – мы пили воду только оттуда. Огромный бидон – на неделю. Там мы отдыхали, бродили по лесу, дышали свежим воздухом. Бумажная пыль оседает в легких, и ее ничем не выгнать оттуда. А мне и Дхармарупе приходилось порой по две смены следить за печатью. После типографии питерский воздух казался южно-французскими курортами. Потом уже, в 1994 году, когда меня перевели в Москву, нам нередко приходилось работать и в ночь. Типография работает без остановок. И мы работали также. Но до Москвы было еще далеко. Пока что мы просто каждый месяц туда ездили. На отчет. У Шачи была тетрадочка. На ней было ни много, ни мало написано – «Кровь Шрилы Прабхупады» … (кошмар)… Имелось в виду, что поскольку ББТ в трансцендентном теле Шрилы Прабхупады считалось сердцем, то и деньги, качавшиеся через это сердце, считались его кровью. Отчет был такой строгий, что мы чуть в обморок не падали, увидев несхождение. Каждый день записывали все расходы. Очень строго. Вплоть до баночки минеральной воды. И потом – в Москву, в Москву, в Москву… 🙂

* * *

Итак, Москва… как много в этом звуке… Да что уж там – пыль, вонь, небоскребки… Но храм был трансцендентным. И все преданные были трансцендентны. Я уж и не помню свою первую встречу с Санньясом. Зато помню первое прощание. Мы уезжали обратно в Питер, и Санньяс вышел из своего закутка, весь сияющий, с улыбкой, ладони сложены в прощальном намасте. Он был очень добр ко мне. Позволял многое. Доверял. Я видел и слышал, как он порой разговаривал с другими преданными, и мне это не то чтобы не нравилось, но как-то неприятно поражало. Конечно, речь шла обычно о долгах храмов, и Санньяс был очень строг. Однако мне он не сказал ни одного грубого слова. И даже вместо себя в 1995 году в Индию отправил (!). Ну, это я опять вперед забегаю. Об Индии и о том, как к Шачи пришли небесные танцовщицы – чуть позже. Пока что мы находимся в 1993 году. Жизнь между Питером и Москвой. В Москву отчет – из Москвы деньги. Деньги на наше житье-бытье, деньги на покупку бумаги, деньги на зарплату рабочим в типографиях. Да-да, мы были единственным издательством, которое платило наличкой. Дхармарупа появлялся на территории типографии с огромной сумкой – и рабочие тут же выстраивались в очередь. Зарплата приехала. Суммы возили огромные. Однажды я один вез 35 тысяч долларов в рублях. Был поздний вечер. Махашайа – тогда еще помощник главбуха – выдал мне спортивную сумку, набитую пачками денег. Я подписал какую-то бумажку, накинул куртку и пошел в сторону метро. Метро, если кто не знает, Беговая. Вот иду – смотрю, по ту сторону моста кто-то трассирующими пулями стреляет. «Эге-ге» – думаю. Братки совсем ошалели. Пошел в метро. Народу никого. Странно, думаю. Ну, еду. Вроде ничего. Поезд. Питер… Деньги все в целости, сохранности. Лишь через семь лет я узнал, что это был знаменитый путч 1993 года в Москве…

Так и жили. В другой галактике. По ту сторону политики и истории. Мы сами творили историю. Шрила Прабхупада защищал нас. Всегда и везде.

* * *

Не знаю, как вы, дорогой читатель этих заметок, но я, с тех пор как стал повторять Харе Кришна, ни разу не болел. Ну, то есть, ни разу серьезно не болел. Хотя…Было два случая. Первый – это когда я впервые попробовал пыль Вриндавана. (Без комментариев)… А второй раз я заболел… от лекарств. Это было в ББТ. Я простыл (или грипп был), пришел врач, выписал мне антибиотики. Ну, что это такое, я только теперь знаю. Тогда не знал и стал их глотать по 3 штуки в день. И свалился. Облака входили в комнату, кровать плавала в далеком океане, шторы ласкали бессоницу-луну, превращаясь в несбыточную детскую мечту о крыльях и ветре… Короче, я лежал в бреду. Тогда в Москве начинался какой-то фестиваль, и мы все должны были поехать туда. Дхармарупа с Варапанго уже уехали, а мы с Шачи вот-вот должны были отчалить. Но я заболел, и Шачи решил тоже не ехать, а сидеть и выхаживать меня. Он каждый день бегал в ближайший «Спар» – супер-новый универмаг, тогда только что открывшийся напротив станции метро Нарвская. Интересно заметить, что немецкое слово «Спар» или, правильно, «Шпар» – означает «экономь»! Если кто-нибудь когда-нибудь бывал в этом «Спаре», ни за что бы в жизни не дал ему такое название. Там все было дороже в 4-5 раз. Зато было близко к нашей конторе, да и йогурты финские нам были как-то по душе. 🙂 Так вот, Шачи бегал туда и приносил мне всякие экзотические соки – тем и лечился я от своих антибиотиков. Моя мама тогда приезжала в Петербург. Она была тронута такой заботой Шачи, и до сих пор с благодарностью вспоминает «Сереженьку»…

Братство Кольца… Для некоторых движение сознания Кришны было школой жизни. Для кого-то повод для прогресса (чего-чего??). Для меня это было настоящим братством. И поскольку это братство подразумевает нечто нерушимое, то оно и по сей день таким и остается. Весь духовный мир – это братство. Одна цель, одно дыхание. Я даже позволю себе сказать так – никто в материальном мире не знает, что такое дружба, если он не был в движении сознания Кришны. Что бы кто ни говорил – я буду лишь смеяться. Как пятилетний ребенок смеется над лепетанием своей младшей сестры – не со зла, но сравнивая…

Бала Кешава дас
(с форума Кришна.ру)

«Садху-санга», газета Псковской общины ИСККОН, No26, январь 2007