Rss

Паломничество в святую дхаму. Февраль 2010 года.

Если пришло время посетить святую дхаму, это случится. Даже если раньше мы были очень разумны и предусмотрительны и теперь «решаем» ехать одни первый раз за границу, не зная языка, не зная вообще ничего, так вот, решаем не мы, решает Господь. И если разум говорит нам об опасности, а Параматма подсказывает, что все будет хорошо, собирайте чемодан.

45 1

Москва. Дайтьянтака прабху встречает меня на вокзале, везет к себе домой. Они вдвоем с Оксаной дают мне советы по поводу поездки и делятся опытом. Потом я не раз помяну их добрым словом. Кексы, которые предназначались им в подарок, Дайтьянтака прабху предусмотрительно советует взять с собой.

Аэропорт. Иду туда, куда идут все, делаю то, что делают все. Незащищенность развивает сообразительность. У выхода к самолету вижу Патита Павана прабху со своей группой. Летим одним рейсом.

Перелет прошел успешно. Тошнило, болело в ушах, кружилась голова, не удавалось избавиться от внутреннего напряжения, все остальное было хорошо. Часы предусмотрительно перевожу еще в самолете.

Дели. Все бегут. Паспортный контроль у всех пройден. Я самая последняя. Возникает чувство тревоги, Параматма работает. Вот уже пять минут индус-контролер пытается прочесть мою фамилию, узнать меня на фотографии, получить ответ от прибора, через который сканируется мой паспорт. Безрезультатно. Набирает на клавиатуре данные, возвращается к фамилии, качает головой, щелкает языком, опять изучает фото, проводит манипуляции с паспортом. Стою, мило улыбаюсь, ладони вспотели, по всему телу дрожь. У горла слезы, внутри истерика, перед глазами – арест, тюрьма, расстрел. На контроле никого, только я. Ужас. Кришна! Кришна! Вдруг слышу смех, оборачиваюсь. Эффектная девушка, летевшая со мной одним рейсом и изрядно принявшая на грудь в самолете, пройдя контроль и получив багаж, решила сфотографироваться с индусами-контролерами. Индусы были в восторге и от самой девушки и от ее идеи. Обступив ее, они смеялись и наслаждались общением. Мой мучитель забеспокоился, он в очередной раз не мог прочесть фамилию из 16 букв и заставил меня ее произнести. От того, как быстро я это делаю, у него округляются глаза, он понимает, что ему до такого результата еще долго репетировать. А в это время страсти по фотосессии нарастали, беспокойство у чиновника нарастало параллельно, он понимал, что девушка может уйти в любой момент и праздник закончится без него. Наконец, паспорт получен. Бегу. Багаж мой крутится на ленте. Жарко, переодеваюсь.

Здание аэропорта очень красивое. Все блестит, льется спокойная музыка. Меняю евро на рупии. Чувствую себя человеком из программы «Кто хочет стать миллионером», которому повезло. Куда положить такую пачку лакшми?

Аэропорт опустел, одни носильщики и я, два часа ночи. Выходить из здания аэропорта нельзя, обратно не пустят, ждать такси еще час. Три часа ночи, встаю, решительно повязываю красную тряпку на шею (так таксист меня сможет узнать), громко говорю: «Ну что же, Кришна, пошли!». Выхожу. Длинный огороженный коридор, по сторонам его толпа индусов: таксисты, встречающие, зеваки. Стоит страшный гвалт. Шок! Лица непривычные. Чувство страха перебивает все остальные чувства. Прошла коридор до конца, своего имени не увидела. Останавливаюсь в растерянности. Из толпы отделяется человек, направляется ко мне, разворачивает лист бумаги «NADEZDA», показывает на красную тряпку у меня на шее. Он улыбается, я тоже, становится легче. Таксист берет чемодан, чувствую себя с ним в безопасности. Выходим из здания.
Запах. Он мне приятен и знаком, так пахнет в моей деревне, где я выросла, и есть что-то, незнакомое, что позволяет испытывать счастье и покой при каждом вдохе и из-за чего в машину садиться совсем не хочется. Едем, читаю джапу, она просто звенит в ушах. Водитель очень внимателен и предусмотрителен. Все, что вижу за окном автомобиля, ничуть меня не удивляет. На полпути водитель сворачивает с дороги и объясняет, что мне необходимо несколько минут подождать. Я киваю головой и первый раз вспоминаю Дайтьянтаку прабху, который заранее меня предупредил о том, что все таксисты останавливаются в одном и том же месте и что мне не стоит беспокоиться. Место нашей остановки напоминает придорожное кафе. Сижу тихо.

Вриндаван. Камаласундари деви даси встречает меня. Высокая, худощавая матаджи, примерно моего возраста, обнимает меня и представляет пожилой матаджи-индуске. Ни слова не понимаю по-английски, но понимаю, что это моя хозяйка, у которой буду жить.

Двухэтажный дом необычайной красоты, рядом с территорией MVT и храмом, комната с туалетом, с горячей водой, обогревателем и даже с постоянным светом, в то время как в других местах его очень часто отключают. В доме есть комнаты, где на дверях таблички с именами духовных учителей, там никто не живет, они всегда готовы к приему гуру-махараджей. Темнокожая матушка – хозяйка дома и жена одного из служителей храма. 400 рупий (275 рублей) за сутки, киваю головой, мне безумно нравится. Комната на 6 дней, до приезда моей группы. Меня оставляют.

Полная растерянность, хочу спать. Плачу. Кришна! Кришна! Читаю молитву Нрисимхе. Ничего не понимаю. Засыпаю, 9 часов утра. Просыпаюсь – 5 часов вечера. Хочу пить и есть, но больше пить. Иду в ресторан MVT. Выпиваю залпом два стакана воды, не помню, чтоб вода была такой вкусной.
Официантки все русские, Камаласундари одна из них, знакомлюсь со всеми. У каждой своя история, все очень разные, но все приветливы и с интересом меня изучают. Общаться стараюсь со всеми, это делать легко. В душе наступает относительный покой. Мои кексы Камаласундари порезала на кусочки, все посетители ресторана в тот день попробовали его. Угощая, она объясняла, что это прасад из далекой, холодной России. Уверена, англичане и американцы прочувствовали всю теплоту и доброту русской души.

Территория MVT очень красивая, с фонтанами, клумбами, необыкновенными деревьями. Много обезьян (манки), служители территории MVT гоняют их палками, были случаи нападения на людей даже без особой причины. Впервые видела их, но страха перед ними почему-то не было. Надо отдать им должное, меня они игнорировали полностью на протяжении всего времени пребывания во Вриндаване.

Утром иду в храм, размышляю, как позвонить в Россию и сообщить, что жива, как найти матаджи Нанди Мукхи, которая водит парикрамы по Вриндавану, о которой мне рассказывали еще в Москве Дайтьянтака прабху и Оксана. Номер ее телефона мне был бесполезен, телефон мой был в роуминге.

Кришна-Баларам Мандир потрясает своей красотой и уютом. В нем не чувствуешь себя недостойной этой красоты. Нет страха и неудобства, Божества близки и очень доступны для молитв, кажется, что Они сами говорят: «Мы очень рады тебе». Основная часть службы прошла, началась лекция по Шримад Бхагаватам на английском языке. В сторонке слышится русский перевод, там русские пожилые матушки, которые давно живут во Вриндаване, собрались вокруг молодой матаджи – переводчицы, так она им служит. Подсаживаюсь к ним. Лекция подходит к концу, поворачиваюсь, рядом сидит матаджи в белом. Совершенно неожиданно для себя завожу разговор, она поддерживает, выясняем, что она и есть Нанди Мукхи! И тут же она приглашает меня присоединиться к группе, которую она ведет сегодня на парикраму. Так Кришна позаботился о том, чтоб я стала путешествовать с этой замечательной матаджи.

45 2

Матаджи Нанди Мукхи с группой паломников

Во Вриндаване Нанди Мукхи живет уже 9 лет. Судя по цвету одежды, находится в отречении. Увидеть все ее глазами – это великое наслаждение, передать это словами невозможно. Матаджи Нанди Мукхи пропитана Вриндаваном, играми Кришны, рассказывая о которых, она светится изнутри. Ощущения после каждой парикрамы, как будто выходишь из кинозала, где демонстрировали фильм о любви Нанди Мукхи деви даси к Кришне, и о готовности поделиться ею со всеми, кто того пожелает. Группа, с которой она проводила парикрамы, не состояла из числа преданных, после трех парикрам некоторые из группы купили кантхималы, четки и начали повторять по одному кругу Харе Кришна маха-мантры. Мы посещали такие места, которые трудно найти на улочках Вриндавана простому туристу, и только Нанди Мукхи они были известны. Возвращались мы усталые, но довольные.

Вечером я бегала пить молоко к торговцу, палатка которого располагалась напротив храма, не смотря на правила и этикет, которые знала, присаживалась за столик прямо на улице, пила молоко и наблюдала за тем, что происходило вокруг. Пожилая нищенка привыкла к моим посещениям и, завидев меня, подсаживалась к столику. Она смотрела на меня с большим интересом, что-то говорила, улыбалась. Глядя в ее глаза, мне казалось, что ей все про меня известно. Уличая суматоха не напрягала. Если присмотреться, то можно было заметить, что это только на первый взгляд полный хаос, а вот уже на второй  – упорядоченное перемещение всего, что может передвигаться: людей, рикш, машин, коров, собак, свиней, обезьян. Все перемещаются, не мешая друг другу, заботясь о том, чтобы никто не пострадал. Из рикш и машин не услышишь брани, а только: «Раде, Раде!». Культура!

Русских преданных было еще мало, и потому прасад был еще острым и настоящим, его готовили по всем правилам повара-бенгальцы. Но число русских преданных неумолимо росло и жалобы на острый прасад росли, пожелания были учтены. Раздосадованная и обиженная, я очень скучала по тому прежнему прасаду.

Прибыла моя группа во главе с Ангирой Муни прабху. Гостиница, в которой мне предстояло жить, не впечатляла, и договор с моей хозяйкой был продлен. Образ жизни, который был у меня до приезда группы, был продлен тоже. Виделась я со своей группой исключительно только на вечернем воспевании, это мне нравилось. Киртаны были замечательными. Парикрама вокруг холма Говардхан оставила сильные впечатления, рассказывать о которых не буду, у каждого они свои, как и отношения с Божествами, Шрилой Прабхупадой, Гуру Махараджем.

Во Вриндаване все желания исполняются, проверено. Правильное умонастроение помогает в любой сложной ситуации. Терпение и смирение святая дхама только приветствует. Кришна, как заботливый хозяин, проявляет себя очень реально, показывая нам, как надо принимать гостей.
Радость и восторг захватили меня, и сознание мое помутилось, когда, завидев Ванамали Кавираджа прабху у самадхи Шрилы Прабхупады, я со всех ног бросилась к нему. «Харе Кришна, Ванамали Кавирадж прабху!» От удивления и неожиданности этот огромный милый человек разводит руками и говорит: «Матаджи, воздух Вриндавана пошел вам на пользу, вы так помолодели!». Это меня и отрезвило. За несколько минут он узнает обо всех моих планах на будущее, и по поводу духовного учителя, и по поводу вообще всего. Какое-то время он смотрит на то, как я вдохновенно информирую его, потом медленно и как бы не до конца веря в происходящее, говорит: «Матаджи, вот у вас, как раз, все получится». Благословение было получено, дело оставалось за малым — осуществить задуманное.
День отъезда в Маяпур. Утро. Погрузка в автобусы закончена. Рядом со мной матаджи Лена страдает от жажды, и, не выдерживая, предлагает нам вместе сходить за водой. Соглашаюсь. Еще рано, магазинчики закрыты. Так мы доходим до храма. Неожиданно нас посещает идея, последний раз предложить гирлянды Божествам. Бежим как спринтеры, в надежде, что наше отсутствие в автобусе будет замечено. Вбегаем в храм, тоска и нежелание уезжать рождается где-то в районе груди и медленно подступает к горлу – это слезы. Успели, и только: «Жажда, сегодня не твой день».

Дели. Железнодорожный вокзал. Ангира Муни прабху организует киртан. Поем громко, весело и вдохновенно. Матаджи танцуют. Индусы обступили нас плотным кольцом, хлопают в ладоши, подпевают. Как же они мне нравятся! Плацкартный вагон, все очень мягко и удобно. Питание через каждые два часа, хватило бы здоровья и места в желудке! Сервис.

В моем купе два индуса и я. Милая компания. Помогают поставить сумку куда необходимо. Наблюдают за мной с вопрошающим взглядом, не надо ли мне еще чего. Не выдерживаю такой заботы, прячусь за шторку. Все оставшееся время сопротивляюсь усиленному питанию, и, наконец, изгоняю проводника с подносом со своей территории. Один из моих попутчиков на протяжении всего пути следования записывает что-то в большую тетрадь, вроде нашего хозяйственного журнала, предварительно перед этим впадая в глубокую задумчивость. Писатель или поэт, решаю я, наблюдая за ним через щель в шторке. Написал он много чего, видимо, в тот день его вдохновение имело билет в том же направлении.
Если Вриндаван – это родное, близкое, сокровенное, то Маяпур – роскошь и величие, милость Господа Чайтаньи, отношения с джапой. Кришна вновь позаботился обо мне, условия проживания оказались отличными. По утрам читаю джапу в Пушпа-самадхи Шрилы Прабхупады. Делаю открытие: уходить отсюда не хочется. Атмосфера невероятная, почувствовав ее вкус, попадаешь в зависимость, и, куда бы ни шел, все равно оказываешься около этого величественного здания.

45 3

Локанатха Свами на парикраме рассказывает о славе святых мест

Проходят заседания GBC. Духовные учителя напряженно работают. Тем временем выясняю, где остановился Е. С. Локанатха Свами Махарадж. Это левое крыло здания самого храма, первый этаж, дверь из комнаты ведет на улицу. Радует, что, проходя мимо, можно изредка заглянуть в окно. По утрам Гуру Махарадж посещает класс Шримад Бхагаватам, садится всегда слева от мурти Шрилы Прабхупады, выяснив это, сажусь справа. Лекции на английском языке, но не скучно. Наблюдаю и изучаю Гуру Махараджа, мысленно представляю свое обращение к нему. Как все это будет? Лекции заканчиваются, все выходят, Гуру Махарадж остается читать джапу, остаюсь и я, мой учитель здесь, зачем же мне куда-то идти? Так и сидим, он слева, я справа. В храме почти никого не осталось. Махарадж встает, оборачивается, смотрит на меня, улыбается, медленно уходит.

Парикрама. Мои низкие поклоны Ачале прабху и Ангире Муни прабху за их служение. Эти удивительные преданные возглавляют группы русских паломников, заботясь о нас с большой любовью и ответственностью. Парикрамы было четыре. Русская (800 человек), две бенгальских (примерно около тысячи человек в каждой), одна международная. Русскую парикраму посещали духовные учителя по очереди, в основном же все они были на международной. Мой Гуру Махарадж сказал, что на парикраме от нас требуется идти босиком, танцевать и воспевать святые имена. По первому пункту меня хватило на 4,5 дня, затем он был исключен, так как выполнять все последующие из-за потрескавшихся пяток не представлялось возможным. Ноги распухли, из трещин шла кровь. Аскеза – какое удивительно красивое слово. На ночлег останавливались в разных местах. Ачала прабху рассказывал нам на ночь чудесные успокаивающие истории. Ободренные, мы, хромая, шли спать.

Приближались двадцатые числа февраля, и до меня дошли слухи о скором отъезде Гуру Махараджа. Времени не оставалось. Через русский центр нахожу переводчицу с английского. Договариваемся о дне приема. Звоню Лакшмане Пране прабху с просьбой о высылке моей рекомендации непосредственно Махараджу.

45 4

23 февраля. Комната Махараджа. Заходим с переводчицей Лилой, кланяемся, через слугу предлагаю гирлянду. Кроме меня в комнате есть еще ученики. Обращаюсь с просьбой о пранама-мантре. И сразу вопрос, сама ли я сделала гирлянду. Говорю, что купила, т.к. делать не умею. Все смеются, чувствую, что краснею. «Гирлянду может сделать каждый», – говорит Махарадж. От напряжения недалеко и до обморока. Успокаивает то, что позиция учителя по отношению ко мне Махараджем уже занята, не будет же он останавливаться на полпути. Махарадж читает на ноутбуке мои рекомендации. Продолжает разговор с другими учениками, посматривая на меня. Опять читает, опять разговаривает. Поворачивается ко мне и задает вопрос о семейном положении, о служении в ятре и читаю ли я книги Прабхупады. Возвращается к ноутбуку, читает, разговаривает с учениками. И тут неожиданно: «Так вы что хотите, пранаму или инициацию?» – улыбаясь, спрашивает он. Лила растерянно и неуверенно переводит вопрос. Пришла моя очередь растеряться. Хватаю Лилу за руку, трясу головой: «Пранаму, пранаму!». Опять раздается смех. Махарадж вновь принимается за рекомендации и разговоры с учениками, забывая обо мне. Время шло и, расслабившись, начинаю рассматривать комнату. «Разрешаю вам читать пранаму-мантру» – внезапно говорит Махарадж и протягивает сладкий шарик. Вот оно, счастье. Поклоны, выходим, ног подо мной словно нет. Сейчас бы на скамеечке посидеть.

Утро 24 февраля. Где взять цветы на гирлянду? Вспоминаю место продажи гирлянд для Нрисимхи. На пальцах долго объясняю, что мне не нужна гирлянда, ее я сама сделаю для Гуру Махараджа, нужны цветы. Шестьдесят роз прямо в кустах получены. Через четыре с половиной часа гирлянда готова, получилась она длинной и очень красивой. Матаджи, которые жили со мной в одной комнате, сказали, что это она от любви такая, необыкновенная.

Надеваю шелковое сари, беру гирлянду, иду. Шесть часов вечера, и уже темно. В комнате у Махараджа горит свет, на кровати разложен ноутбук, включен обогреватель, никого нет. Сажусь напротив окна. Жду. Вдруг поднимается сильный ветер и сносит развешенные на ставнях носки и полотенце шафранового цвета. Понимаю, что эти вещи принадлежат Махараджу, бегу поднимать, развешиваю. Не успеваю отойти, как очередной порыв ветра проделывает то же. На третий раз появляется мысль подержать вещи у себя пока ветер стихнет, потом решаю, что мысль неудачная, и, похоже, это Махарадж предоставляет мне такое служение ему. Возвращаю вещи на прежнее место. Жду, что будет дальше, а ветер стих, свою функцию он выполнил.

Возвращаюсь к своему пункту наблюдения. Вижу, как идет Локанатха Свами Махарадж и двое слуг. Гуру Махарадж заходит в комнату, бросаюсь к слуге. Достаю гирлянду, слуга расплывается в улыбке. Объясняю, что это для Махараджа, я сама ее сделала, показывая в воздухе руками какой это сложный процесс. Наконец слуга все понимает и уходит с гирляндой в комнату. Через 10 минут выходит, показывает рукой, что Махарадж принял подношение и благословил меня.

В 7.30 того же вечера Махарадж поет в алтарной Панча-таттвы. Зная это, посматриваю на часы и все равно опаздываю, киртан уже идет.
Алтарная. Вокруг Махараджа плотное кольцо его учеников, в основном это матаджи небесной красоты. У всех правильные черты лица, толстые косы, от них исходит нежность и доброта, и, в тоже время, все они очень разные. В середине этой клумбы сидит Махарадж и вдохновенно поет. На нем много гирлянд, жаль что нет моей. Ищу местечко в этом цветнике, чтоб приткнуться, не нарушая композиции. Воспевание длилось два с половиной часа, которые пролетели, как пять минут. Матаджи и прабху танцевали, и стоило Махараджу прерваться, как прабху кричали: «Киртан! Киртан!» Махарадж сдавался и вновь начинал петь.

Воспевание закончено, Гуру Махарадж раздает гирлянды, вот они уже все розданы и только одну, самую длинную, оставляет себе. О, Кришна! Теперь я вижу, это мое подношение. Махарадж перекидывает гирлянду второй раз через голову, встает и уходит. Смотрю ему вслед, вижу мудрого, уставшего, но сильного человека, учителя, который тонко может показать, как ценны для него усилия ученика. Милостив учитель, он принял мои извинения.

Утро следующего дня. Самадхи. Читаю джапу. Вижу на первом этаже на полу цветы. Подхожу ближе. Матаджи-индуски делают гирлянды. Присоединяюсь, не переставая удивляться, как это Махарадж быстро позволяет научиться тому, чего не умеешь, давая служение. Так, вплоть до отъезда, делаю гирлянды. А самая первая из гирлянд была предложена стопам Шрилы Прабхупады, есть подозрение, что произошло это не без милости Гуру Махараджа.

Все. Удовлетворение было полным. Последние дни до отъезда были наполнены счастьем и покоем. Счастье было от всего, что бы ни делала, куда бы ни шла. При чтении пранама-мантры сердце тихонько сжимается и от непривычки, и от экстаза. Пытаюсь запомнить эти ощущения, так как знаю, что со временем они могут поблекнуть.

45 5

Уезжаю очень просто и незаметно, в такси до Калькутты. В местном аэропорту, видя тилаку и четки, охрана приветствует улыбками и «Харе Кришна». Внимание и забота ко мне повышенные со всех сторон. Уже в аэропорту Дели чувствую усталость. Сильный кашель. Микстура, предложенная работником аэропорта, помогает на время.

Самолет в воздухе. Мысленно прощаюсь со святой дхамой, и как в песне: «Все, что было не со мной, помню».
Мои поклоны, дорогие преданные.

Надежда Краснослабодцева

«Садху-санга», газета Псковской общины ИСККОН, No45, январь-март 2010